Токио. Отражение.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Токио. Отражение. » ЦЕНТР » Улицы


Улицы

Сообщений 61 страница 80 из 141

61

Jin Hideyoshi
Разоравшийся Ноеру, через нецензурные вопли выпуская напряжение, подсознательно считал, что самоубийца должен впечатлиться его монстром и убраться. Так что то, что парень, на внешность которого офигевший и дезориентированный Дирхаунд не обратил никакого внимания, вместо этого бодро залез в его машину, было полной неожиданностью.
Он вылета наружу ласточкой от ярости неадекватного Бойца парня спасло только количество разом выболтанных им слов. Несколько секунд Ноеру тупо втыкал на незванного пассажира, и только потом до него задним числом докатился смысл слов.
Хиномото вдохнул полной грудью и, шумно выдохнув, принял подобие сознательного выражения. Всё ещё хмурился, а взгляд был тёмный и оторопелый, но, вместо очередного крика, пробурчал даже довольно внятно:
- Дверь закрой. - с этими словами, он показал неприличный жест недвусмысленно намекающим на то, что внедорожник остановился несколько невовремя, водителям сзади и тронулся вперёд.
Проехал квартал, он обернулся к незнакомцу, чтобы таки посмотреть, что за чувака он везёт, и заодно вернуться к поднятым им темам, проигноренным минуту назад.
- Быть идиотом не менее вредно для здоровья. - вполне спокойно сказал он, отворачиваясь обратно к дороге. Его пассажиром оказался японец примерно одного с ним возраста. Приятный внешне и, кроме того, Боец. Но взгляд больше привлекла скрипка. - Ты скрипач, что ли? Начерта под колёса полез? - голос прозвучал хмуро, но после встряски в него возвращались привычные интонации.
По инерции внедорожник продолжал приближаться к особняку Зайлена, но Ноеру уже чуял шанс зацепиться языком и хоть немного отвлечься от произошедшего только в его квартире. Парень-музыкант для этого вполне подходил. Тем более, был должен ему за моральный ущерб и отвоз "куда-нибудь". К слову, сказать, что он едет к Сигеру или банально довезти до особняка незнакомца совершенно не подмывало, так что фраза о том, что "куда-нибудь" будет живописным, так и осталась не сказанной.]

+1

62

Hinomoto Noeru

Вздохнул еще раз, поерзал, чувствуя себя откровенно неудобно под тяжелым взглядом водителя машины-громадины. Молчание грозило затянуться, ясно намекая на то, что Джину стоит выметаться из чужой тачки, пока и тут он не нажил очередного "друга". Джин нервно хмыкнул, рука уже потянулась к ручке двери, которая вела на такую холодную и неуютную улицу, где его ожидала развеселая встреча "6 на 1ого", которая таким же счетом скорее всего бы и закончилась. Я один раз ударил, а меня 6 по каждому боку. То ли японец слишком долго вылезал из машины, нагнетая атмосферу, то ли еще что-то, поэтому пришел в дикий шок, когда заслышал от рыже-непонятно какого парня за рулем всего два слова. Еще никогда из-за всего двух слов Джину так не хотелось кого-нибудь расцеловать. Дверь покорно закрыл, но лезть с объятиями к мужчине поостерегся. Взгляд у него какой-то недобрый.

- Вредно, но, как это часто бывает с тем, что вредно... Это еще и очень весело. - с готовностью отрапортавал, так и излучая оптимизм. Излучал его на всякий случай: незнакомцу необходимо было как-то поднять настроение, иначе, могло бы быть не очень "весело". Судя по его лицу. - Нет, не скрипач. В футляре пистолет и партия наркоты. - Поймал темный взгляд незнакомца в зеркале, и поспешил поправиться. - Ну хорошо, скрипач. Под колеса, если честно, полез потому, что если бы не полез, то получил бы на орехи от банды культуроненавистников... - тяжело вздохнул, - И если честно, это моя вина. - сам не знал почему, но откровенно это признал. И где? В обществе незнакомого кого-то, который может быть везет его, Джина, на окраину города к себе в квартиру чтобы порезать на кусочки. У скрипача не было привычки признавать свою глупость, так что сказанное было если и не следствием аномалии магнитных полей в этом месяце, то точно потрясением для того, кто это сказал.

- Меня, кстати, Джин зовут. Приятно познакомиться. - вторую часть промямлил как-то чуть тише, опасливо поглядывая на мужчину, - а ты...? Это ничего, если ты не хочешь отвечать. Я ж идиот. - последнее было сказано без какого-либо сарказма.
Джин присмотрелся повнимательнее к тому, кто же сидел за рулем машины. Руки сжимающие руль так, словно это последняя соломинка во время цунами, хмурый взгляд, плотно сжатые губы... Кем бы ты там не был, но жизнь у тебя сегодня явно гавно.

+1

63

Jin Hideyoshi

Точка зрения на идиотизм, будь Ноеру в нормальном состоянии, повеселила бы, но сейчас его позиция была прямо противоположной. Вполне не удивительно, учитывая, что он сам был полным идиотом и отнюдь не радовался.
"Как я мог так поступить?!" - в очередной раз воскликнул он мысленно, непроизвольно закусывая губу.
- Что-то я сегодня не заметил, что весело. - мрачно протянул он, безсознательно хмуря брови и становясь ещё мрачнее. Может это и воспринималось на счёт парня, но реально Хиномото имел в виду только собственные действия. Оно и не удивительно.
- Хорошо, что скрипач. Иначе выкинул бы из машины. Я к культуре лоялен и иногда по ней скучаю. - немного расслабившись прокомментировал Дирхаунд. Мысль выходила рваной и не вдохновенной, но хоть такая. Вернувшись к дороге, Ноеру остановился на очередном перекрёстке и уверенно свернул с дороги к новому месту жительства.
- Парням тем нахамил, что ли? - с тенью бессмысленного любопытства спросил он, шаря взглядом по не слишком знакомой улице. Услышав следующий набор фраз незнакомца (которого звали Джин), Хиномото свернул к тротуару и резко остановился, всем корпусом разворачиваясь к скрипачу.
- Чего ты мямлишь, как будто я резать тебя собираюсь? Настроение у меня поганое, вот и всё. - судя по голосу и сверкающим раздражением глазам, можно было легко поверить как раз в обратное - что Ноеру прикончит наглеца и дело с концом. - Меня зовут Хиномото Ноеру и я собираюсь пообедать. - о недовольно глянул на пролетающие мимо машины. - День дерьмо, так хоть пожрать вкусно. - себе под нос пробурчал он.
Косвенно в этой фразе содержалось приглашение составить компанию. Всё ж таки за разговором жизнь вроде легче кажется. Рассказывать о своих проблемах постороннему парню совершенно глупо, но отвлечься от своих мыслей - уже хорошо. Может, получится закрыть тему хоть на день. Завтра нужно будет позвонить Кё, поговорить... Попробовать поговорить. И извиниться.

Отредактировано Hinomoto Noeru (2010-12-17 15:51:33)

0

64

- Нахамил. Можно сказать и так. - честно говоря откровенную попытку завязать драку трудно было назвать словом нахамил. Скорее уж капитально нахамил. Почему это сделал? Если бы знал ответ на этот вопрос, наверное и не спрашивал себя бы. Это какая-то патология жизненная. Когда чего-то хронически не хватает. пытаешься себе доказать, что оно тебе и не нужно... Осталось только понять, чего же мне не хватает. Японец вел машину, явно сконцентрировавшись на своих не особенно приятных чувствах, а Джину не оставалось ничего, кроме как расслабиться и наслаждаться поездкой в неизвестность. Как раз тогда, когда прикрыл глаза, собираясь отдаться на волю своим мыслям, а им только дай, машина резко остановилась и парень за рулем развернулся, вперив свой злой взгляд прямо в Джина. То ли скрипач просто не успел сориентироваться в изменившейся ситуации, то ли еще что-то, но он от удивления и испуга резко подался назад, треснувшись головой о спинку кресла. Какой бы мягкой она не была, такие резкие дергания смягчить ей было трудно.
- Ааа! - в смеси ужаса и банального "не понял" воззрился на японца. До Джина никак не доходило, какого Х парень смотрит на него так, словно хочет прибить, но при этом заявляет обратное. Это явно какой-то трюк. Ну а уж после слов об обеде, мозг учтиво выдал логическую цепочку. Хиномото Ноеру - пообедать - я... Но я ж не вкусный вроде? Скрипач осторожно пощупал свою голову, на наличие шишки. Не нашел, успокоился, и снова переключился на незнакомца, который теперь уже обрел имя. Просветлевшее сознание нежно нашептало, что его, Джина, могут ведь и за компанию накормить. Этот факт делал Ноеру, даже будь он людоедом монстром, самым классным парнем на свете.
- Пообедать? Я за. Всегда готов. 24 часа в сутки. - широко заулыбался, надеясь не огрести за сказанное по морде.

+1

65

Очевидно, попытка нормально заговорить была полностью провалена. Парень, вместо того, чтобы расслабиться и перестать говорить ерунду, шарахнулся назад, встретившись затылком с подголовником. Несколько секунд Ноеру бессмысленно смотрел, как скрипач приходит в себя, потом вздохнул и отвернулся, упершись взглядом в собственные отодранные от руля руки. Только сейчас обратил внимание, как сжимает пальцы.
"Бл*," - связные мысли по заданной теме наконец истощились, оставив за собой безсодержательные и всё ругательствами. - "Отлично, при виде меня люди уже орут от страха."
Джин подал наконец голос, отрывая Хиномото от созерцания пространства. Он дёрнул головой и обернулся. Случайный пассажир был забавным и явно не стеснительным. И мрачный и злой водитель его будто даже не слишком стремал. Наверное, это было к лучшему. На улыбку Дирхаунд был сейчас не способен, но вполне продуктивно вздёрнул угол губ, реагируя на чужой позитив.
- Раз всегда готов, пошли. - в полный голос констатировал Ноеру и, заглушив мотор, вылез из машины, прихватив с заднего сиденья благополучно придавленный оружием рюкзак.
Пока Хиномото парился, он вообще не думал, куда ехал и зачем. Но вышло у него очень даже удобно. Сообразить сейчас, где пожрать, он бы не смог, зато, выглянув в окно, нашёл взглядом приснопамятный Паракисс на другой стороне улицы. Правда, счастья на лице от этого факта не отразилось. Захлопнув дверь машины, он привалился к ней задницей и, уперев взгляд в вывеску кафе, обречённо застонал.

0

66

Hinomoto Noeru

Если это называется улыбка, то я нобелевский лауреат по химии. Судя по всему, то, что возникло на лице Ноеру, улыбкой и было, что могло служить причиной для неутешительного вывода о том, что по химии у Джина способности гораздо выше, чем возможность определить на вкус хорошее саке от плохого. Японец вылез из машины, прихватив свой рюкзак, ну и Джину ничего не оставалось как вылезти за ним, нежно прижимая к себе скрипку и совсем не нежно косясь на этого Ноеру, который выглядел так, будто сегодня встретил если уж не самого дьявола, то точно нечто столь же неприятное. У скрипача к этому парню были смешанные чувства. Вроде как и хотелось его похлопать по плечу, сказать, что все будет хорошо, и чтоб он париться перестал... С чего это я вдруг решил, что в его ситуации, о которой я кстати не имею ни малейшего понятия, что-то может быть хорошо?

На улице было прохладно, а противный морской ветер, живший даже в центре города, нагло забирался под пиджак, напоминая о том, что дома батарея по-прежнему не особенно хорошо работает. Есть захотелось почему-то сильнее, и Джин не знал с чем это связано. Осторожно глянул на своего нового знакомого, привалившегося спиной к машине и издающего обреченные вздохи глубоко потерянного человека. Скрипач наклонил голову, внимательнее всматриваясь в какие-то черты лица, движения этого Ноеру. Бояться этого парня Джин не собирался, да и не мог. Жалеть - тоже. Понять? Ну кто знает, может и пойму.

- Пойдем. Зачем тут стоять. - подошел к Ноеру, в своей привычной слегка фамильярной манере похлопав его по плечу. Улыбка вышла уже не делано-позитивная, а вполне искренняя и совершенно вменяемая. Бросать этого парня одного сейчас почему-то не хотелось. Джин не очень понимал почему.

+2

67

Jin Hideyoshi

Ноеру сам удивился, как спокойно отреагировал на незнакомца, похлопавшего его по плечу. Думал, что в таком настроении на посторонние воздействия мог и броситься, но нет. Даже не вздрогнув, обернулся и снова усмехнулся на вполне естественную улыбку Джина.
- Да я и не собираюсь стоять. - бодренько отозвался Хиномото, отлепляясь от дверцы машины. Вообще, он не имел ничего против тактильного контакта с кем-либо, даже совершенно посторонним. Единственное, он не любил, когда чужие люди трогают лицо. Не по какой-то конкретной причине, но так уж сложилось. Другое дело, что со злости реакция зачастую была неуравновешенной.
Судя по поведению чуть не сбитого парня, он в основном вернулся в сознание и теперь реагировал адекватно. По крайней мере, однозначно адекватнее, чем Дирхаунд. Это вселяло надежду на то, что взаимодействие всё-таки станет более конструктивным. А если бы ещё самому в себя придти, то вообще отлично.
"Ладно, пора кончать ныть. Сейчас это нахрен ни зачем не нужно." - уверенно одёрнул себя Боец и, глянув на спутника, двинулся вперёд.
- Идём. - чтобы достичь кафе, нужно было перейти дорогу, благо здесь это было не сложно. Зато пока Ноеру был занят этим, он молчал. А вот когда проезжая часть осталась позади, он снова посмотрел на Джина, не глядя открывая дверь, ведущую в кафе. - Я просто тут вчера был. И приехал теперь чисто случайно, даже не смотрел по сторонам. - вполне спокойным голосом объяснил Дирхаунд и пожал в конце плечами, добавляя эмоциональности реакции. Вообще, даже в таком траурном настроении голос Ноеру не звучал ровно и равнодушно. Некоторая выразительность была ему присуща в любых обстоятельствах. А ещё обычно он не терял самообладания, но в этот раз его расклинило на удивление сильно.

Отредактировано Hinomoto Noeru (2010-12-17 15:51:01)

0

68

Hinomoto Noeru

Чувствовал себя как идиот. По какой-то неизвестной причине было не совсем удобно. Из-за ситуации, наверное. Собирался блин получить на орехи от группы психов с ломиками, а закончу вечер в компании дяденьки на джипе. То, что "дяденьке" было примерно столько же лет, сколько и ему самому, Джин предпочел опустить. Себя он искренне считал если и не ребенком, то точно тинейджером, и приходилось признать, что с возрастом характер не особенно и менялся. Внешне, во всяком случае. Только подросток может чувствовать себя одновременно и виноватым, и счастливым. Второе в основном потому, что Ноеру этот не так страшен, каким казался, да еще и накормить обещал. Ох, как мы уже, по имени его сразу. А то, что я имею о его личности столько же понятия, сколько о квантовой физике, это меня не волнует. Угу. Голод, он такой. А говорила мне мама не ходить за незнакомцами которые конфеты предлагают. Они же могут маньяками оказаться и сделают мне приятно... Вся эта ахинея неслась в голове вскач, пока переходил дорогу. То и дело посматривал на того, кто молча шел рядом. Скрипка как всегда занимала руки и как всегда добавляла ощущение покоя, который не способно подарить больше ничто в мире.
- Это как на автопилоте. Бывает. Видать что-то здесь было такое, что с трудом забывается. - констатировал факт. У Ноеру этого явно в жизни было слишком много всего такого вот, в последнее время. Еще раз глянул на парня, стоявшего рядом. Девушка у него что ль ушла? Сам подобное причиной для расстройства Джин не считал, но справедливо полагал, что кто-то наверное и расстроится. То же мне проблема. Наверное. Достаточно опыта для подобных суждений у скрипача не было. В университете шутили, что Хидейоши женат на скрипке. Что взять с человека, который потерял свои уши по пьяни и до сих пор не ясно с кем.
- Тебе точно надо выпить. - ну вот, уже и на Ты. Ну не на вы же? Чуть усмехнулся и зашел в кафе, ожидая пока и японец сообразит, что улица - не лучшее место для того, чтобы ностальгировать о былом счастье. Бар подходит значительно лучше.

>>> Кафе Паракисс (Ноеру, Джин)

+1

69

<-- Офис Хашимото Масуджиро (условно)

Покинув офис Хашимото, Акио решил не возвращаться сразу в школу, а немного прогуляться – на улице было на удивление тепло, на потемневшем небе начали зажигаться первые звезды, а из-за облачка выглядывала луна. Остановившись посреди улицы, мальчик замер на несколько секунд, прикрывая глаза и глубоко вдыхая все же немного морозный воздух, следом запрокидывая голову и некоторое время разглядывая небо. В голову закрались мысли о том, что он был бы вовсе не против компании Этаниэля сейчас, но взяв во внимания их отношения, эти мысли были более, чем не реальны. Впрочем, мечтать никто не запрещал. Поэтому, улыбнувшись уголками губ, Акио продолжил прерванный путь, сам того не замечая, как постепенно все глубже и глубже погружается в эти самые мечты, переставая замечать происходящее вокруг.
Черная тень мелькнула в переулке, скрывшись за углом. Глаза тени выхватили из темноты одиноко бредущую фигуру. Ушастый, худой, кажется, мальчик. Не все ли равно? В этом возрасте они все милые, нежные и с нежной кожей…Тень преградила путь ребенку, уже предвкушая, как через несколько секунд ушастик окажется в его власти…
- Извините… - растерянно улыбнувшись мужчине, с которым столкнулся, Акио снова погрузился в свои мысли, намереваясь обойти небольшую преграду, в лице этого самого мужчины и выйти из переулка с другой стороны.
Легкий отработанный рывок - и…жертва скручена сильными мужскими руками. Смоченный в специальном растворе платок, прижатый к лицу не позволит крику нарушить вечернюю тишину этого идеального вечера… Но Акио не успел испугаться и даже удивиться, обмякая у незнакомца на руках.
А пробуждение оказалось поистине мерзко. Голова гудела, в носу свербело от неприятного сладковатого запаха, и вообще было холодно, жестко и жутко неудобно. Кое как разлепив все еще тяжелые веки, Акио попытался встать и понял – не получается, а еще через минуту сознание наконец-то прояснилось и мальчик понял причину своих неудобств – он лежал на чем-то жестком, руки и ноги были разведены в стороны и прочно зафиксированы, а причиной холода послужило почти полное отсутствие на нем одежды, остались только джинсы. Чертыхнувшись, юноша дернулся, пытаясь выбраться из пут, но эта слабенькая попытка только подтвердила промелькнувшую в голове мысль – …Акио, ты попал… – Впрочем, страха все еще не было. Юноша просто не мог поверить, что все это происходит с ним и наяву.
В окружающей ребенка темноте раздался тихий смех, лилейный, прозвучавший почти с благоговением. К обнаженному телу приблизилось лезвие – остро отточенный нож - его держала только рука, тело все еще было сокрыто тьмой, словно, слившись с ней.
Лезвие легонько проскользило от соска до запястья, пересекая грудь, замерло, почти не царапая кожу, а затем резко оторвалось и впилось в область предплечья, прописав на теле мальчика красную «запятую», затем еще одну – а затем добавив еще пару черточек, сложившихся в надпись «шлюха».
Но все оказалось более, чем реальным – смех, чей-то силуэт рядом, ледяное прикосновение ножа к телу. Последнее заставила затаить дыхание и зажмуриться, а в следующую секунду, когда лезвие пропороло кожу, вскрикнуть от боли и неожиданности. А еще – от страха. Только в этот момент Акио понял, что это не сон, не бред сознания, а самая настоящая реальность. Кошачьи ушки тут же прижались к голове, а хвост нервно забил по поверхности стола, пока нож продолжал порхать над его телом, причиняя новую боль и вырисовывая новые символы. С силой прикусив губу, чтобы больше не издать не звука, юноша изо всех сил старался вырваться из удерживающих его пут, и когда лезвие оставило последний завиток на руке, а черная тень начала отстраниться, ему удалось вырвать руку, а в следующую секунду упереться в плечо своего мучителя, стараясь оттолкнуть его от себя.
Но тонкое запястье было тут же с силой перехвачено, а затем руку дернули, и…мальчишка был вынужден перевернуться на живот, вдавливаемый в холодную поверхность стола.
Нож впился в кожу на спине, прочерчивая очередную неровную дорожку, затем исполняя целый танец на коже и снова отстраняясь.
Вот теперь Акио стало по-настоящему страшно – не вырваться, не спастись, никак не уйти из-под жалящих прикосновений лезвия к коже. И оставалось только вжаться лицом в поверхность стола, отчаянно кусая губы, но все равно слыша собственные стоны, вскрики и поскуливания, прорывающиеся сквозь сжатые зубы.
…Этаниэль, помоги…
Короткая мысль вспышкой промелькнула в голове, и юноша и сам не заметил, как отправил этот отчаянный импульс своему Бойцу, зажмуриваясь и уже не удерживаясь от крика, когда замерший нож начал новый танец.
Отстранившись лишь на мгновение, наверняка показавшееся жертве блаженством, лезвие снова  прошило кожу, теперь в районе правой лопатки, пересекая имя бордовой полосой густой сочащейся крови. Мокрый язык слизал солоноватые капли, оставив после себя холодную дорожку. Очередной танец лезвия, долгий, тщательный, продуманный…идеальный…Снова короткая пауза – тень отстранилась, снова тая в темноте. Едва слышный хлопок двери. Тишина…
Акио даже не понял, когда боль…. Нет, не прекратилась. Просто осталась на том же уровне. Нового витка более чем неприятных ощущений не последовало. Тихо всхлипнув, юноша обмяк на столе, прижимаясь мокрой щекой к металлической поверхности. Сейчас хотелось только вырубиться. Провалиться в пустоту и больше не чувствовать обжигающую спину боль вкупе с приближающейся истерикой. Но Акио понимал, что сейчас нельзя расслабляться. Его мучитель куда-то ушел, предоставляя ему шанс к освобождению, только вот тело настолько ослабело, что вырваться из веревок казалось невозможным. Слабо дернувшись, Акио тихо простонал, когда движение отозвалось болью в израненной спине, но это его не остановило. Еще одно судорожное движение, боль в ободранных веревкой запястьях, снова дернуться, и еще раз, когда узел наконец развязывается и правая рука оказывается на свободе. Для того, чтобы освободить левую потребовалось несколько минут – пальцы дожали и отказывались слушаться. Но, наконец, Акио оказался на свободе, шарахаясь со стола на пол, едва устояв на ногах и вцепляясь в крышку стола, когда в глазах неожиданно потемнело. Обведя затравленным взглядом помещение в попытке найти хоть что-то из одежды, юноша схватил первую попавшуюся тряпку, оказавшуюся какой-то старой курткой, которая была велика ему на пару размеров, и вылетел на улицу, даже не удивившись, что дверь открыта. А о босых ногах он как-то не подумал.

--> ШЛЗ, Общежитие, 5 этаж, комната Yasei

0

70

Сетти Ринг

- Нет. – долго и задумчиво смотреть на девочку, словно та сказала что-то крайне странное, после чего легко потереть переносицу кончиками пальцев и развести руками, - Он не только мой папа. Он Римский. – совершенно серьезно хмыкнуть и еле ощутимо потянуться. Эти разговоры забавляли, были похожи на путешествие – никогда не знаешь, куда они повернут. Английский у нее был чистый, что не могло не радовать, а «светить» своим японским особого смысла не было. Достаточно оставаться иностранцем в этом черноглазом городе, чтобы искать… свое совсем не черноглазое чудо. То, которое когда-то изменило жизнь слишком сильно, чтобы это осталось незамеченным.
- Мой папа – Барселонский. – не менее серьезно добавил он через какое-то время, легко поводя плечами и не отрывая сосредоточенного взгляда от рыжей-бесстыжей. Говорить на тему родителей было не то чтобы неприятно, но предсказуемо параллельно, как лыжня. Нельзя было сказать, что это была лыжня адекватного человека: свои двадцать лет Диего считал, что это была лыжня какого-то особо пьяного лыжника, лью лыжи наезжали друг на друга и не давали ровно бежать дальше. И, несомненно, все это неблагодарное дело происходило на целине: послушные куски дерева вспахивали глубокий и неприятно рыхлый снег реальности, заставлявший напрягаться и прикладывать еще большие силы, чтобы сохранять равновесие.
Игра на саксофоне… это жизнь. Какая-то маленькая такая жизнь, которую можно создать своей музыкой. И словно идешь по дороге, извилистой, но ровной, легко переступая по тяжелым плитам-нотам. Но эти тяжелые плиты отзывались с легкостью, как будто на самом деле были из какого-нибудь совершенно невесомого пенопласта. И сам ты такой же невесомый, а потом порхаешь от ноты к ноте. И они же танцуют вокруг, поражая воображение, рождая музыку. И пальцы легкие такие же. Легкие и сильные, они скользят по инструменту, словно лаская.
А потом замереть внезапно, чувствуя, как мелодия еще плавно затихает в ушах. И дыхание мерное, спокойное, а глаза пока закрыты. Но вскоре темные ресницы дрогнули, и Диего внимательно, пусть и расслабленно, посмотрел на девушку.
- Можно идти.

0

71

Diego

Римский папа, Барселонский папа, Тьмутараканский... У Сетти вообще не было папы, и ее это как-то не напрягало.
Другое дело - Ната. Тут тебе и Боец, и мама, и папа, и подруга, и учительница, и нянька... Ох, голова кругом.
Ди-е-го замолчал и Сет остановилась.
- Куда можно идти? - Хлопнула глазенками, не совсем еще выйдя из шаманского танца - общения с духами предков. - К Нате идти? Так номер не готов...песни ведь нет. Или будем танцевать? В смысле, тебе понравился мой танец?
Оживилась. Безусловно, Диего танец понравился, как может танцующая Сет кому-то не понравиться...
Впрочем, ответа она так и не получила, парень куда-то уплыл в своих мыслях, наверно к какому-то из пап.
- Ладно, идем, - пожала плечами, подхватила Ди под руку и зашагала, сначала не сориентировавшись куда, виной всему демографический кретинизм, но затем поняла, что находятся они достаточно близко от Натаниной конторы.
- Туда, - махнула рукой и потащила музыканта туда, куда указала рука.

>>>Модельное агентство Силуэт (Диего и Сет)

0

72

Виктор Волков, Кенчи Ито

- Ну как тебе сказать. Начнем с того, что я все-таки согласился взять тебе то, что ты хотел, так? И потом, как видишь, я еще не цапнул тебя за то, что ты из моего имени сделал математический, если не ошибаюсь, объект. Так что, учитывая хотя бы тот факт, что не цапнул, должен мне ты, безымянный мальчик.
Волков усмехнулся, по-прежнему стараясь выдержать грань между общением и легкой попыткой придавить, особенно стараясь не подначивать. Пока что ему удавалось это, но чем сильнее парнишка пытался его цапнуть, тем сильнее в Викторе разгоралось ответное желание укусить. Что поделать, в Школе всегда была ярко выраженная конкуренция, каждая Пара стремилась стать лучшей и получить более высокое место во внутренней иерархии, чем остальные. Поэтому –то, при всем своем позитивном настрое по отношению к подростку, парень все же испытывал желание отвесить подзатыльник. Просто так, для острастки. Пока что Бойца от этого спасал возраст и еще что-то. Что-то странное, чему киллер мог бы дать определение – симпатия, если бы не… А впрочем, какие тут «не», симпатия, да. Мальчонка вызвал любопытство. «Потому и не кусаю»
- Относительно любезности – я вообще-то имел в виду, может быть, ты представишься наконец-то? И насчет «не ругался» я бы поспорил, сперва ты ругался и ворчал, но потом, к моему великому удовольствию, стал менять гнев на милость. Кстати, да, действительно шумно и людно.
Русский направился за светловолосым, вскоре поравнявшись с ним и ненавязчиво так уводя в сторону от широких дорожек, через какое-то время найдя более менее глухое место, с наличествовавшей скамейкой. Поясняя на всякий случай, произнес.
- Так или иначе на столь удобных для прогулки дорожках могут появиться люди, а получить срок или штраф в первые дни нахождения в стране за спаивание малолетних я не хотел бы.
Улыбнувшись широко, парень стянул перчатки, уложив их в карман, после чего, мурлыча песенку, начал доставать из пакета купленные ветчину, хлеб и пиво, разложил все это на пакете, две банки поставил напротив себя - мальчишке. Затем, достав нож, Виктор стал нарезать ветчину, попутно один ломтик отправив в свой рот.
- Надеюсь, ты такое ешь, потому что просто одно пиво я тебе пить не позволю. Срубит тебя быстро, а где ты живешь, я не знаю. И ты, кстати, так еще и не успел представиться.

Отредактировано Виктор Волков (2011-01-15 23:49:32)

0

73

Виктор Волков, Кенчи Ито

Смерил собеседника вопросительным, надменным взглядом, смотря на него снизу вверх. Как не крути, но парень оказался крупнее, хотя это не мешало приложить его ногой по причинному месту, но Кенчи надеялся, что до этого не дойдет, все-таки удар между ног нужно заслужить, а этот никак не удосуживался перейти черту.

- Да ты свое имя слышал? Язык сломаешь, прежде чем выговоришь. Мне никогда такое не сказать, ты хотя бы понимаешь, как оно звучит? Хотя... - Отшатнулся назад и смерив парня еще одним задумчивым, но в тоже время напряженным взглядом. - Давай я буду называть тебя Такако, это означает высокий... - Еле заметная усмешка. Конечно, Виктору вряд ли бы понравилось это имя, знай он всю идею. - Да, думаю, тебе такое подойдет.

Отойдя на несколько шагов от Волкова мальчишка, наконец, смог вздохнуть свободно, такое близкое общение не только напрягало, но и заставляло думать на три шага вперед. А это уже было не свойственно Бойцу, нужно было не только планировать, но в тоже время принимать решения на ходу. Альбиносу всегда требовалось много времени, что бы обдумать положение вещей, и хотя из этих мыслей никогда не получался стойкий план, он прибавлял уверенности и помогал отбросить не только лишние сомнения, но и страх. Решения никогда не давались ему слишком легко. Но как не крути, с этим парнем точно было что-то не так, его дружелюбие и вежливость вызывали больше вопросов, чем ответов. Обычно незнакомцы быстро теряли к Ито интерес и торопливо удалялись своей дорогой, будучи банально посланными или устав от бесконечных шипов и оскорблений, а этот пока держался молодцом. С одной стороны это настораживало, внутренний голос шаг за шагом подсказывал Бойцу, что такое знакомство не до чего хорошего не доведет, но уж очень хотелось получить свое!

- Меня зовут Ито, Ито Кенчи. Но какое это имеет значение, если я вижу тебя в первый и последний раз? - Засунув руки в карманы, блондин медленно брел вперед. Его походку нельзя было назвать красивой или по крайне мере свойственной ему, усталость, голод и отсутствие сна сделал свое черное дело, когда-то быстрые шаги превратились в практически нескрываемое прихрамывание. Сейчас Боец лишь думал о том, как бы поскорее добрать до скамейки, лавки и хотя бы на мгновение закрыть глаза... В какой-то момент альбинос шатнулся на месте, но не упал, черт, неужели он уже начинал заспать на ходу? Это было уже что-то новенькое. Тем временем они зашли далеко в парк, пожалуй, даже слишком далеко.

- Ты боишься наказания? Знаешь... - Мысли тянулись словно желе, Кенчи вытер рукой слезившиеся глаза. - Знаешь, тебе не грозит за это срок, скорее всего лишь штраф и легкое препровождение из страны, навсегда. Но это же дерьмовое наказание? - Тяжело шлепнувшись на скамейку, Ито закинул на спинку руки и откинул голову назад. Хотелось спать. - То есть я говорю, что это плевое наказание за шанс позавтракать с такой интересной и обворожительной личностью как я, да? - Легкая, игривая ухмылка. Закрыв глаза, боец на какое-то время затих, пожалуй, ровно до тех пор, пока Волков не закончил возиться с едой и не заговорил снова.

- Черт, я только уснул. - Тяжело подняв голову, блондин тормознуто уставился на разложенную еду. - И сколько же тебе этого стоило? Знаешь, пожалуй я возьму свои слова обратно, ты либо маньяк, либо святой, выбирай. - Тут и думать было не чего, сразу стало понятно, что новый знакомый потратил намного больше тех денег, что дал ему оборванец. А значит, в этом разговоре был заинтересован прежде всего сам Волков, хотя по правде Ито было глубоко похуй, главной успеть съесть побольше, тем более что за большую половину еды ему все равно не расплатиться, а с проблемами он потом как ни будь разберется. - А тебе и не нужно знать, где я живу, ты же мне не хозяин. Я в любом случае домой доберусь, при любых раскладах, это вроде как врожденный инстинкт.

0

74

Джин Хидейоши/Докушинко Кё (отыгрыш вперед)

Jin Hideyoshi
Выражение лица юноши, по мере того, как Джин говорил, сменилось с немного растерянного, на подозрительное, позволяя проступить напряженности через беззаботную улыбку. "Что он имеет в виду?" - в который раз подумал Кё, нетерпеливо дернув хвостом. Не нравились ему эти двусмысленные оговорки и недоговоренности. Он откровенно их не понимал и терялся в сложностях посторонней личности.
К тому же, совершенно внезапно стало обидно за Ноеру. Да, он хам, и сегодняшний случай ставил под вопрос адекватность его поведения, но, в конце концов, это произошло с ним - с Кё, а не с Джином. Какие основания имеет скрипач как-то осуждать Хиномото, если даже не знает в чем дело? "Или имеет?" - вопрос, мелькнувший в голове, вместе с утверждающимся сомнением,  спровоцировал чёткое желание знать точно.
А ещё ему очень не понравилось, как Джин произнёс слово "друг". Настолько, что белые треугольники неумолимо припадали к волосам в агрессивной стойке. Отчитываться в том, что у них с Ноеру там произошло, не хотелось категорически. Хотя бы потому, что самому придется об этом задуматься.
- По какому поводу подозрения? - откровенно хмуро, несмотря на попытку сделать вопрос лёгким и естественным, произнёс Докушинко и внутренне сморщился. "Таким поведением я только даю себе основание укрепиться в своих подозрения", - одернул себя юноша, завершая нервное движение хвоста игривой дугой. Главное - думать о хорошей, запоминать плохое, но не реагировать на него – очередная детская установка, вбитая многочисленными учителями вместе с этикетом.
- Хотя ладно, забей, - улыбнулся юноша, внутренне надеясь, что выражение лица не слишком похоже на гримасу. - Мы просто сегодня друг друга не поняли. Причем довольно капитально. Так иногда бывает между друзьями, не так ли? - он не готов был откровенничать. Совсем. Особенно с человеком, который явно осудит Ноеру, хотя вполне мог бы с ним работать.
"Всё слишком сложно", - вздохнул Кё, больше всего желая, чтобы эта тема себя исчерпала, поэтому последние слова Джина и протянутую руку юноша воспринял с лёгким недоверием, едва не списав на собственную фантазию. Благо она у него достаточно образная. Он поднял взгляд с руки Джина на лицо, долгую секунду всматриваясь в его выражение  и пытаясь определиться, насколько парень серьёзен. Судя по счастливой улыбке, серьезностью тут и не пахло. И почему-то именно это вселяло доверие.
- Мир, - с вполне искренней улыбкой оповестил юноша, просто хлопнув по раскрытой ладони. Для рукопожатия пока рано. Они даже не ссорились. Просто лёгкая до этого атмосфера заметно осела, придавливая мальчика к земле. "Лучше бы мороженное поели, честное слово", - про себя буркнул Кё, уже высматривая глазами какой-нибудь подходящий киоск, когда внезапная мысль вылетела быстрее, чем он успел её осознать. - А можно я твой номер телефона запишу? – брякнул и едва не смутился, подавив это чувство внутренним "почему нет?"

___________________________________
Одет: темно-серые джинсы, массивный ремень с большой пряжкой, черная водолазка без какого-либо орнамента, простая белая рубашка. Сверху черная пихора с воротником из чернобурки. Обут: черные кроссовки с оранжевой шнуровкой.
С собой: коммуникатор, небольшая сумма денег, рассованная по карманам, ключи от комнаты.

Отредактировано Kyo (2011-02-11 13:57:16)

+1

75

"Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, пожалуйста, перезвоните позже"

Проходит полчаса, и номер набирается снова. И снова, и снова, до тех пор пока он не ставит его на автодозвон. Темноволосый, высокий мужчина нервно прикуривает сигарету и закашлявшись садится в машину. Железный конь легко срывается с места, хотя он еле прикасается к рулю, словно слушается с одной его мысли. Возможно поэтому, скрип колодок на повороте, в который он едва вписался, нарастающая по экспоненте скорость, и собственная бессильная ярость кажутся чем-то неверным. А еще беспокойство, которое растет вместе со скоростью движения автомобиля, сменяясь постепенно страхом.

"Аппарат абонента выключен или..."

Он сбрасывает раньше, чем приятный жесткий голос договаривает на свою заезженную фразу. Вкрадчивые горловые нотки немецкого языка, скрип тормозов, 120 на спидометре и черное-черное отчаянье. Шульдих не брал трубку с самого утра. С ним точно что-то случилось. Он куда-то вляпался, он попал в аварию, он снова подсе5л на наркоту (именно поэтому последние дни у него был такой надломленный голос), он его не дождется, он... Усилием воли подавив зарождающуюся депрессию, Брэд вернулся к суровой реальности. Она разворачивалась перед серыми лентами автострад с мигающими миллиардами огней по бокам, что смазывались в одну большую, светлую полосу, смазывалась, отдавалась звуком полицейских сирен, визгом тормозов и запахом жженой резины. Отдавала горечью и сигаретным вкусом на языке.
Если бы он знал, что поездка в Германию настолько сорвет его, он бы никогда не сел в самолет. Если бы он знал, чем все закончится - никогда бы не стал даже заговаривать с японцем, или вообще бы не пошел в ресторан в тот вечер. Если бы он только мог знать... Интересно, каково это - предвидеть будущее? Когда оно разворачивается перед тобой, словно лента автострады, или пленка с записанным фильмом, разветвляется, а по бокам мелькают вечерними фонарями кадры того, что еще не случилось, а только может случиться. Когда ты точно знаешь, каким станет твое будущее, если сегодня ты скажешь именно эту фразу. Интересно, каково это? Чувство всесильности, того что тебе дозволенно и открыто все. Ведь именно ты тот, кто может выбирать какой дорогой идти, и именно ты можешь решать какому будущему быть, а какому нет. Что все будет так, как ты хочешь. Потому что - ты Оракул. И именно тебе открыты все таны чужой и собственной Судьбы.
Но он не Пророк. Он не знает своего будущего. Он не верит в то, что оно вообще существует. Есть настоящее, а будущего нет.

Будущее - это круги на воде от падающих в нее камней с края обрыва.
Будущее - отражение луны с пруду.
Будущее так похоже на ленту дорожного полотна. Потому что ты не знаешь, куда приведет тебя дорога, если едешь без определенной цели. У него была цель он точно знал куда и зачем едет а еще знал что конца не будет никогда - потому что его дорога это свернутая в бесконечность восьмерка.
Будущее - это конец. У его дороги нет конца, а значит, у него нет будущего. Значит незачем жалеть о том, что он не может его предвидеть. Потому что иначе, он бы видел одну пустоту впереди. Хотя... тогда, он возможно бы знал, что не стоит звонить немцу снова - ведь он все равно не возьмет трубку...

"Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, пожалуйста..."

Шульдих, возьми же чертову трубку! Телефон летит на сидение рядом, а Кроуфорд чувствует себя раздраженным как никогда. На собственный идиотизм. Это же надо было дожить до тридцати пяти лет и начать вести себя словно влюбленный мальчишка, обрывая телефон. Хотя нет, не так... Он чувствовал себя в ответе за немца. В конце концов, именно из-за него он стал таким. Мы в ответе за тех, кого приручили...
Мужчина кривит в улыбке губы и резко тормозит, останавливаясь в нескольких метрах от пешеходной части. Его занесло на набережную токийского залива - воистину невероятно. И еще более невероятен тот факт, что буквально в десяти шагах от него стоял его "природный Боец" с каким-то существом, чей пол для Брэда остался загадкой. Зато оправдалось неприятное зудящее чувство где-то у основания черепа, которое он изначально интерпретировал как раздражение. Это чувство усилилось счастливыми улыбками общающейся парочки. Можно было только гадать, какими судьбами недоразумение в виде японца умудрилось быть его Природной Парой. Он то всегда считал, что Природные должны подходить друг другу... Наличие же японца лишь добавило проблем и забот... Вот уж и правда - мы в ответе за тех, кого не послали.
До японца десять шагов по дороге в бесконечность. Говорят, магниты притягиваются друг к другу, если она разного полюса. Так же Бойцы и Жертвы. Но чувствовать это на себе было ... странно. Кто-то скажет Судьба. Кроуфорд не верил в эту романтическую чушь, так же как не верил в будущее. Зато он верил в случайности и ошибки. Их встреча была ошибкой. И сегодняшнее столкновение - лишнее подтверждение.
- Что ты здесь делаешь, - на приветствия он не разменивался, просто бросив короткий взгляд на стоящего рядом подростка. Кажется, это все-таки юноша... Брэд перевел взгляд на Бойца, - Я считал, что у тебя есть занятия днем помимо праздного шатания.
Внезапный порыв холодного ветра пробрал до самых костей, заставив сощурится сильнее. Пусть он не знал свое будущее и не мог выбирать какое же настоящее наступит для него через секунду. У него была уверенность. В себе. А еще - красивый женский голос, который скажет ему "Аппарат абонента выключен...", когда через полчаса он снова наберет номер Шульдиха.

___________________________________
Одет: Очки в тонкой металлической оправе - прямоугольные стекла с чуть скругленными краями. Деловой костюм двойка цвета индиго - сверху классический плащ с накладными карманами серо-сиреневатового цвета. Беледно-голубая рубашка - воротник жестко накрахмален. Черный шелковый галстук; рисунок - бордовые, белые и желтые параллельные полоски наискосок. Черные лакированные туфли.
С собой: Коммуникатор, сигареты.
Состояние: Никотиновая интоксикация, нервно-раздраженное состояние, сердечный ритм рваный и учащенный, АД повышенно, повышено чувство беспокойства.

0

76

В глазах цвета ирисок (а Джин был теперь уверен. что именно это сравнение лучше всего характеризует этот оттенок) больше не плясали веселые искорки. Так и хотелось пару раз на самого себя ругнуться, чтобы в следующий раз было не повадно выносить свои суждения о тех людях, о которых знаешь весьма мало, рядом с теми, кто в них несомненно лучше разбирается. Откуда, с какого потолка вообще взял эту тему с педофилией - да хрен знает. Просто вылезло. Такая подозрительность навивала на неутешительные мысли. А это нормально, что в каждом мне теперь чудится латентный сексуальный маньяк? Основания были. Наверное. Не очень приятные мысли обоих, Джина и Ке, повисли тяжелой тучей делая до этого ясный и по простому веселый день каким-то неуловимо более сложным. Но ничего плохого: и это можно исправить, было бы желание. Если оставить все мысли об этом Ноеру, который, в принципе, щедрый милый чувак, то все вообще получалось отлично.
Ке хлопнул по руке, Джин улыбнулся чуть шире, довольно хмыкнув. Теперь можно было быть спокойным на тему обиды ушастого: если и был обижен, то теперь уже нет. Меньшее из того, что скрипач теперь хотел - ссориться с теми людьми, которые потенциально могли бы стать хорошими знакомыми, друзьями даже. Последнее сейчас было очень нужно.
- Если между друзьями... то у нас еще будет время друг друга понять. - тема была исчерпана и надо было двигаться дальше. Киоска с мороженым рядом как назло не было. Джин вздохнул, онглядываясь уже внимательнее. Вопрос Ке не сразу услышал.
- Че? - обернулся, удивился, потер то место на голове, где когда-то были уши. И чего я торможу. а? - Можешь даже адрес мой записать. - усмехнулся, - Телефон тем более. Записывай уж тогда, пока я его пом....помню.

Джин замер и резко замолчал. Во рту стало сухо как в пустыне Сахара, а в ушах чувствовался стук собственного сердца, причем он явно был на порядок быстрее чем положено здоровому человеку. Не мерное "тук-тук," а "тук-тук-тук-тук"... Очередь прямо такая. Он чувствовал его. Ему не надо было оборачиваться, чтобы понять, что американец совсем рядом, близко. Как животное ощущает близость хищника, так Джин теперь чувствовал близость Брэда. И отлично знал, что это предвещает. Это был почти рефлекс. Скрипач выучил почти наизусть сценарий их с Жертвой свиданий: он орет на Брэда (вернее жалко пытается), Брэд затыкает ему рот приказом, ну а потом... Джин сопротивляется всегда, всегда отчаянно, но теперь уже знает, что нет смысла - в любом случае, если он будет особенно сильно упрямится, последует приказ. Как это ни отвратительно и низко, но проще согласиться. Молча.
Тоже вранье, впрочем. Молча это не бывает. В итоге он вздыхает, часто стонет даже, потому как телу и душе противиться трудно. Гей, ни гей - но Брэд природный Агнец, и если даже от его близости кипит кровь, то, что происходит во время секса во много раз сильнее. Все это низко и дерьмо, потому что Джин не хочет и не согласен. Но приходит и делает, а потом получает за это деньги, одежду и возможность прожить еще один день без особенно сильных повреждений.
Ну и как после всех этих дней он может с американцем говорить?
- Что хочу, то и делаю. Не твое дело. - огрызнулся быстрее, чем Брэд успел договорить фразу. Ну а что еще мог делать. Поздороваться и спросить какие еще услуги я могу ему оказать? Я все оказал уже. Вот недавно, хотя бы.
- Мы же уже вроде все обсудили. Или не все? - упрямо смотрел не на Брэда, а в глаза новому знакомому. Находил если не удовольствие, то какую-то радость в том, что может нахамить американцу и тот пока не заткнул рот. Но даже не оборачиваясь чувствовал одеколон Кроуфорда, его запах, не тот, что был в тот вечер, но другой и неуловимо похожий. Да и ауру ощущал почти болезненно. Ауру, с который и хотел и не хотел иметь что-то общее. Что бы американец не делал, он был его Жертвой и даже просто его голос напоминал о том факте, кому он, Джин, предназначен, дурой судьбой. Я как собака с хозяином.
- Отвернись, ты портишь мне биополе. - он меня сейчас прикончит. Хочу памятник с крылышками.

Отредактировано Jin Hideyoshi (2011-02-18 00:24:49)

+2

77

Хлопок чётко отдался в ушах, принося почти неестественное ощущение радости, и юноша, готовый записать обещанный номер в любую секунду, расцвел в улыбке. Кё знал, что рано или поздно эйфория пропадёт и ему всё-таки придётся задуматься над словами Джина, благо причин для раздумий хватало, но сейчас это как-то не беспокоило. Сейчас ему хотелось погулять, поесть мороженное, поговорить о чём-нибудь совсем неважном или наоборот очень важном, но отстраненном, мечтательном, таком, что никто не примет всерьез. Всё сложное-взрослое - это потом, когда-нибудь, может даже в следующей жизни. В конце концов, ему всего лишь шестнадцать. Он ребенок со своими детскими страхами, обидами, проблемами и гормонами. Чтобы справиться со стрессом, ему нужен был свой кусочек счастья. 
Кё поднял вопросительный взгляд, когда пауза, по его мнению, затянулась, и увидел незнакомого ему гайджина. Вообще ему не нравилось это слово, особенно учитывая, что три года он проучился в Европе, но глядя на темного как туча, высокого, с резким выражением лица мужчину, оно само просилось на язык. "Жертва", - вывод пришёл сам без лишнего пинка и желания напрячься. "Его Жертва", - мысленно добавил Кё, больше чувствуя, чем понимая, что мороженному не быть. И вроде бы просил он немного, но как часто это бывает, то чего хочется, то чего ожидаешь больше всего на свете, не наступает. Волшебник Изумрудного города отбывает срок за шарлатанство, а Санта-Клаус ушёл из бизнеса. Всё конец, сказки остались в детстве, которого у него никогда полноценно не было.
"Интересно, а Ему читают сказки?" - мысль о маленьком братике выглядела абсурдно на фоне разворачивающейся перед ним сцены. Абсурдно, нелепо, никак. Кё замер с телефоном в руке, не зная точно, убирать ли его в карман или всё-таки подождать, пока Джин - напрягшийся, взвинченный, с неестественно застывшим взглядом - скажет свой номер. Это было так мелочно и глупо, но, блин! Он не имел ни единой причины оставаться рядом, кроме этого телефона. Потому что встретил Джина только сегодня, даже не знал его фамилию и возможно больше никогда его не увидит.
- Джин... - Кё легко, предостерегая, качнул головой. В памяти легко всплыли отметины на шее, оставленные высоким мужчиной, которому скрипач сейчас откровенно хамил. "Не надо. Не стоит. Не провоцируй. Он же... опять сделает тебе больно". - Здравствуйте, - наконец, оторвавшись взглядом от музыканта, Кё посмотрел на мужчину. Не малый опыт в общении с людьми приближенными к власти и властными, позволял юноши более-менее разбираться в их типах. Такому как этот перечить не стоило, совсем. Особенно, если по статусу ты их ниже. Размажут на месте и скажут, что так и было.
- Зря вы так, ничего он не шатается, - скрыв за вилянием хвоста его нервное дерганье Кё улыбнулся, - он занят. Мои родители уверены, что мне нужен репетитор, - искренне вздохнув, белохвостый продолжил самозабвенно лгать, - и друг порекомендовал мне Джина. Он оказался прав! Джин просто великолепен, как музыкант! Вы бы только его слышали... Мы как раз договаривались о следующей встрече, так ведь, Джин?

___________________________________
Одет: темно-серые джинсы, массивный ремень с большой пряжкой, черная водолазка без какого-либо орнамента, простая белая рубашка. Сверху черная пихора с воротником из чернобурки. Обут: черные кроссовки с оранжевой шнуровкой.
С собой: коммуникатор, небольшая сумма денег, рассованная по карманам, ключи от комнаты.

+2

78

Наблюдая за очередными выкрутасами своего Бойца, Кроуфорд старательно пытался вспомнить  куда именно бросил телефон - по всему выходило, что он остался на заднем сидении. Причины по которым в этот раз он балансировал на тонкой грани неконтролируемой злобы брали свое начало в чувстве подозрительно напоминающим ему состояние близкое к панике. И виноват в нем был всего лишь один рыжий немец, который внезапно исчез из зоны доступа без всякого предупреждения оставив в смешанном чувство беспокойства, страха и вины. Причем последнее идентифицировалось им с большим удивлением, поскольку в своих проблемах немец всегда был виноват сам. Брэд обычно выступал в их в качестве решения. Вариантов что сталось с Шульдихом была масса и перебрав их всех по десятому разу, чувствуя как его зацикливает, Кроуфорд рассвирепел окончательно и решительно оторвался от мыслей о немце и попытался сосредоточится на чем-то более реальном и приземленном. Например, на неожиданно холодном ветре, которым тянуло с океана, пронизывая до костей.  Нервы были натянуты до предела настолько, что даже не хотелось курить. Убивать кого-то тоже желания не было, хотя с первой же фразы брошенной ему нерадивым японцем Кроуфорд почувствовал такой прилив искренней ненависти, что оставалось только гадать, почему он до сих пор не взял японца за ворот и не сбросил с парапета. Видимо остановил так кстати проснувшийся здравый смысл, который сообщил что убивать кого-то стоит без свидетелей. В довершение всего начала невероятно болеть голова. Следующая брошенная японцем реплика оказала неожиданное воздействие. Брэд внезапно успокоился. Разворачивающееся перед ним действо обрело совершенно другие краски став невыносимо забавным. Наблюдая за внутренней борьбой Бойца, которого явно разрывало между потребностями собственной природы и остатками от гордости, Кроуфорд испытывал нечто подозрительно похожее на злорадство. Молодой человек перед его глазами словно повторял его собственный путь, когда он, отрицая собственные желания, он старательно изворачивал существующую реальность под удобное ему понимание, искажая факты, но все же признавая специфику природного дара. Смотреть на чужие метания и осознавать что не только на его участь выпало пережить подобный диссонанс было приятно. Кроуфорд тонко улыбнулся и наклонился, ловя японца под локоток и наклонился к уху - нарочно сокращая расстояние, но все еще оставляя его недостаточно интимным, таким чтобы ответ расслышал не только его Боец, но малолетний свидетель их милых "семейных" отношений.
- Смотри на меня, - жесткая улыбка, трепещущее сердце бьется в каждой клетке под его ладонью, отдаваясь в межреберье. Чтобы управлять этим наивным ему даже не требовалось отдавать приказы - простой психологии достаточно. Рука медленно скользнула раскрытой ладонью с плеча к запястью, больно сдавила и рывком развернула к себе, - Ты правда считаешь что мы все уже выяснили? Что нет недомолвок? - Янтарный взгляд был насмешлив, - Или считаешь свой павлиний уход сегодня утром нормальным? Почему ты не взял деньги и ключи? Мне было неприятно, - он сделал акцент на "мне" и подчеркнуто не обратил внимания на подавшего голос подростка сразу, переведя на него взгляд через какое-то время. То невероятно долгое мгновение пока он смотрел на своего Бойца и вспоминал о том, что с Шульдихом у него тоже взаимопонимание не сложилось с самого начала. Внезапное заступничество мальчишки (вблизи определить полопринадлежность не составило труда) тоже позабавило. Так же как попытка выгораживания.
- Доброго дня, - легкий кивок в ответ. И оценка. Совсем молодой парень. И тоже боец. А еще эта уверенность во взгляде, "правильная" постановка речи, набор невербальных символов. Подметив знакомый мимический жест, Кроуфорд хмыкнул. Мальчишка попался не из простых - за такими искренними глазами, улыбкой и невинностью скрывался манипулятор – человек, точно знающий реакцию окружающих на свою внешность и беззастенчиво этим пользующийся. У переобщавшегося с Шульдихом Кроуфорда на подобные вещи выработалось нечто вроде стойкого иммунитета пополам с аллергией - знакомые жесты и попытки управления при помощи социальных шаблонов, завещающих безоговорочно верить всему на вид искреннему и невинному, вызывали плохо сдерживаемое раздражение. А это, попавшееся ему существо было белым и пушистым в прямом смысле слова. Ну просто идеальное прикрытие. Немец бы оценил.
- Вы можете не лгать мне, молодой человек, - под бархатистой мягкостью в его голосе явно проступала сталь, - Тем более что он этот щедрый жест с вашей стороны не оценит. Репетитор? Бросьте - ни одна приличная семья не станет подбирать учителя своему отпрыску на улице, как бы прекрасно тот ни играл, - небольшой удар по больному.
- Не обманывайтесь его несчастным видом и рассказами о злой Судьбе... - желаете очную ставку с проверкой кто из них больший лицемер? Что ж, он покажет как можно извратить правду, оставляя факты в первозданном виде. Складки на лбу Оракула приобрели напряженный вид, привнося в облик немного разочарованности и скорбности.
- Огрызается на каждое мое действие... вот и как налаживать с ним отношения? - вздох вышел усталым, а улыбка не потеряла своей ироничности. Интуиция на счет затеянного им цирка молчала, а ему срочно требовалось отвлечься. И заодно преподать урок, а то его кажется в серьез стали считать психом, способным решать все исключительно силовыми методами. Пора было развеять этот миф. И показать, что ранить ментально он умеет еще лучше.

___________________________________
Одет: Очки в тонкой металлической оправе - прямоугольные стекла с чуть скругленными краями. Деловой костюм двойка цвета индиго - сверху классический плащ с накладными карманами серо-сиреневатового цвета. Беледно-голубая рубашка - воротник жестко накрахмален. Черный шелковый галстук; рисунок - бордовые, белые и желтые параллельные полоски наискосок. Черные лакированные туфли.
С собой: Коммуникатор, сигареты.
Состояние: Никотиновая интоксикация, нервно-раздраженное состояние, сердечный ритм рваный и учащенный, АД повышенно, повышено чувство беспокойства.

+2

79

Наивно было даже мечтать о том, что при просьбе отвернуться (хотя сказанное на просьбу было похоже только в мировоззрении Джина) Брэд так и сделает. Мечтать не вредно. Еще можно помечтать о том, как он примило шаркнет ножкой, заберет все выданные деньги и скажет, что сильно извиняется за то, что вообще родился, но легко исправит эту ошибку сразу же как вернется в машину. Вытащит свой пистолет, который постоянно таскает как напоминание о своей неимоверной крутости,  и благополучно застрелится... Вот только одна проблема: я тогда тоже сдохну. Желать Брэду смерти было вроде как и естественно, но в то же время неимоверно глупо даже для не особенно умного скрипача. И хочется, и колется. Никто из людей не заслуживал смерти, но тот, кто был способен на жестокость такого плана, человеком уже не был. Человеком был Ке, смотрящий на все это представление, Кияма даже, несчастная девушка, встреченная тогда на улице... Но не Брэд. Все, что было в нем человеческого было выжжено дотла, и на месте, где должен был быть сад, красовалась сухая, безжалостная пустыня отчаяния. Джин ни хрена не понимал откуда знает все это, но он знал. И опять же, хотя в это едва верилось, и у американца когда-то был кто-то, кто ему дорог. А может и есть. Все эти его дурацкие намеки на мою никчемность по сравнению с кем-то... Ну еще бы. Но об этом думать не стоило. Как сказал один умный человек... "глупо пытаться найти в убийце добрые качества: они может и есть, но какая его жертве разница? Никакой." Джину не было никакой разницы.

Скрипач знал, что Брэд никуда не денется и даже подозревал, что сделает нечто вроде такого. Когда чужая рука в уверенном жесте взяла под локоть и когда глубокий голос прошелестел прямо над ухом, Джин дернулся, но не более. Почему не сопротивлялся? Ну а смысл, ведь сколько не трясись, Жертва все равно сделает так, как ему хочется. Сейчас Брэду хотелось именно этого, больно было только от того, что Ке все это видел. Видел, что Джин не может даже ничего сказать или сделать, только глупо огрызается, да дрожит. Последнее скорее по привычке, чем по необходимости. Страшно Джину не было, боялось уже приученное тело и начинающие уступать инстинкты - бежать, прятаться или поддаться самому сильному. Воли хватило разве что только на то, чтобы не повернуть голову при первой же просьбе. Сжал зубы так, что те наверное закачались в корнях, но удержался. Впрочем это было весьма малое достижение, учитывая то, что Брэд просто развернул скрипача к себе как куклу. Не смотреть в глаза скрытые за стеклами очков уже не получалось. Джин не знал, зачем мужчине очки, но понимал, что точно не от плохого зрения. Стекло не могло скрыть того, насколько противно, почти физически, липок этот янтарный взгляд.

- Почему? Да потому что. - лучший ответ на заданный вопрос, - Потому что мне не нужны деньги и не нужен твой ключ. - передернул плечами, надеясь продемонстрировать, насколько отвратительно прикосновение собственной Жертвы. Тоже вранье, так как прикосновение, по сути, отдавалось во всем теле воспоминаниями, который кто-то другой мог бы назвать приятными. С ним, с Джином, трахаются, иногда даже почти аккуратно, да еще и деньги платят за то, что он старательно изображает бревно и полную фригидность. Счастье, блин, радуйся не хочу! Действительно, чем же тут быть недовольным... Да я скорее сдохну чем буду эти деньги его тратить как проститутка какая. Джин, приходилось признать, уже был проституткой, если его волновало всего одно прикосновение к своей руке. Поддаться этому чувству - значит потерять уважение к себе. До тех пор, пока это будет возможно, скрипач будет сопротивляться. С каждым днем этот ритуал давался все труднее.

Чуть повернул голову, кинув благодарный взгляд на беленького ушастого. Качнул головой. Спасибо, конечно, мол, что защищаешь, но смысла никакого, с Брэдом не пройдет. Не прошло, действительно: американец распознал хорошо отлаженную ложь и грубо отмел ее, успев, как всегда, подъебнуть и способности собственного Бойца, в этот раз, к игре на скрипке. Джин еще крепче вцепился в футляр с инструментом, реально осознавая, что Ке здесь еще только потому, что он не сказал ему свой телефон. Парень он был хороший, хотя и совсем не простой. Даже, наверное, очень сложный, но Джин не особенно разбирался. Просто Ке нравилась музыка и со скрипачом он был искренним - все это точно заслуживало лучшего, чем смотреть на эту сцену и понимать, что А. Брэд трахает Джина, Б. за это платит. Верил, что Ке не поверит фразам о том, что это он, Джин, такой мудак неблагодарный. Американец хорошо умеет убеждать, но и Ке, вроде как, тоже не промах.
Джину на краткую секунду стало срать, что же с ним потом сделает Брэд и что потом будет. Набрал в легкие воздуха и...
- 014327... - верил, что шустрый Ке сообразит и запишет. Имя он знал, ему была нужна фамилия, на всякий. - Хидейоши. Идеальный. Правильный. - как не иронично, именно через эти иероглифы писалась фамилия скрипача. Ну все, теперь основное сделано. - Ке, ты это, иди... Мы встретимся еще.

+2

80

На самом деле Кё не сильно надеялся, что его на ходу придуманную ложь активно воспримут в серьез, но что её так легко отмели, даже не пытаясь поверить, стало неприятным открытием. От удивления мальчик вздрогнул, испытывая почти иррациональную обиду и за себя, и за Джина. "Это могло быть правдой! Вполне могло! Почему он?.." - мысль не сформировалась. Кё вовремя одернул себя, не давая себе времени на реализацию эмоций. Его лицо, с обиженно поджатыми губами, по-прежнему оставалось спокойным. В конце концов, несмотря на свою самоуверенность, американец наверняка тыкал пальцем в небо. Плохо, что попал в нужную звезду, но совсем не смертельно.
- Вы не правы, - отрицательно качнув головой, ровно произнес мальчик, не споря, но обозначая своё мнение. Из того, что юноша услышал и увидел, стало ясно, о каких услугах говорил европеец и от каких денег отказался скрипач, но, по сути, это ничего не объясняло. Какие между ними могут быть отношения, если на шее у Джина темные отметины пальцев, а незнакомый мужчина не стесняется привлекать к себе излишнее внимание на улице? Или он считает, что в чужой стране это нормально?
"Этот гайджин бесит!" - подумал юноша и очень вежливо улыбнулся, поймав взгляд Джина. "Да понял я, понял!" - едва заметно кивнул ушастик, расслабляя одну за другой неожиданно напряженные мышцы. Кё не понимал, зачем мужчина устроил весь этот концерт, на набережной, где вокруг много людей замечающих или игнорирующих разворачивающуюся сцену. Просто не понимал, для чего эта публичная  демонстрация. Из-за него? "Прости, Джин", - закусив губу, мальчик отвернулся и уставился на воду.
- Вы не можете быть правы, - уже тише добавил Кё, которому не было особого дела до того, что творилось внутри этой дикой Пары. Его просто это никоим образом это не касалось. В одном Кё был уверен о Джине - весёлом и грустном, смелом и заботливом, чудесно играющем на скрипке и отчаянно цепляющемся за футляр - он знал больше. От желания высказать американцу (теперь Кё был уверен, выходцем из какой страны был высокий брюнет с ненормальными глазами) стянуло желудок. Только чувство неловкости и нежелание принести Джину новые неприятности остановили юношу от лишних откровений. "Потому что вы ничего не знаете о человеке, которому даёте ключи от своего дома, и не до чего вам нет дела".
- Мне жаль вас, - уже одними губами проговорил Кё, отворачиваясь от беспечно волнующихся волн к холодному взгляду мужчины. Тоже кстати жёлтому. Почему-то сейчас это даже показалось забавным, и тут же разозлило. Будто мысль о каком-то сходстве могла оказаться заразной. В ушах звенело "потому что он моя Жертва" и новая волна здорового негодования, рожденная из собственной беспомощности и неловкости ситуации, начала подниматься внутри и замерла, когда до слуха донеслись цифры. Доли секунды понадобились юноши, чтобы распознать в них телефонный номер, улыбнувшись, буквально моментально набрать его на своем кпк и нажать вызов.
- Тогда до встречи, Джин Хидейоши. Моя фамилия Докушинко. Одинокая жизнь и ребенок. Пока, - убедившись, что вызов прошёл, юноша последний раз улыбнулся и шмыгнул в людской поток, сразу же направляясь к дороге, которую можно будет перейти, отрезав себя от скрипача и американца. Он итак достаточно насмотрелся на то, что не должен был видеть. Есть вещи, говорить о которых не хочется ни кому. Кё бы о чем-то подобном точно не хотелось бы кому-то рассказывать.

----------> Съемная квартира Сакано Чияки

___________________________________
Одет: темно-серые джинсы, массивный ремень с большой пряжкой, черная водолазка без какого-либо орнамента, простая белая рубашка. Сверху черная пихора с воротником из чернобурки. Обут: черные кроссовки с оранжевой шнуровкой.
С собой: коммуникатор, небольшая сумма денег, рассованная по карманам, ключи от комнаты.

+1


Вы здесь » Токио. Отражение. » ЦЕНТР » Улицы